— Как и любой судья. Выслушивал стороны. Иногда — один, иногда вместе с двумя односельчанами из числа самых образованных. Если надо, опрашивал свидетелей, а затем, основываясь на Талмуде, выносил свое суждение.

— Боюсь, нам это не очень подходит, — с улыбкой ответил Шварц. — Мое дело касается автомобиля, и я вовсе не уверен, что в Талмуде найдется подходящий прецедент.

— В Талмуде найдется все, что угодно, — строго сказал раввин.

— Даже автомобиль?

— Об автомобилях там, разумеется, нет ни слова, но довольно много говорится о таких вещах, как ущерб и ответственность за него. Принципы остаются одинаковыми, только частности меняются от века к веку.

— Ну, что, Бен, ты готов к судебному разбирательству? — спросил Вассерман.

— Да мне-то что? Я могу изложить свое дело кому угодно. Чем больше будет слушателей, тем лучше. По мне, так пусть весь приход узнает, что за гнида этот Эйб Райх.

— Нет, я серьезно, Бен. Вы с Эйбом оба входите в совет директоров и посвящаете храму столько часов, что и не сосчитать. Почему бы вам не уладить спор в соответствии с древним еврейским обычаем?

Шварц передернул плечами.

— Ну, что касается меня…

— А вы, рабби? Не угодно ли…

— Я проведу Дин Тора, если того пожелают мистер Райх и мистер Шварц.

— Эйб Райх ни за что не явится, — сказал Бен.

— А я ручаюсь, что он придет, — возразил Вассерман.

Шварц явно загорелся этой идеей.

— Что ж, ладно. Только как нам действовать? Где и когда состоится эта ваша Дин Тора?

— Сегодня вечером в моем кабинете. Вас устроит?

— Меня-то устроит. Вы понимаете, рабби, этот Эйб Райх…

— Если мне предстоит выслушать изложение дела, вам следовало бы дождаться мистера Райха, чтобы он тоже мог послушать, вы не находите? мягко спросил раввин.

— Конечно, рабби, я не хотел…

— До вечера, мистер Шварц.