Что у него вообще нет детей. У него были проблемы. Нет, со стволом-то у него было ого-го!!! А вот с боеприпасами… Начальной скорости у них не хватало. Долететь до цели. А все почему? А все потому. И вот когда Айвар Алекперов, не дойдя до четвертой любимой жены, усек ситуацию, он надел штаны и потребовал к себе бандитствующего Алекперова и, вместо того чтобы как настоящий Айвар Алекперов казнить мерзавца, усыновил его, поменял через градоначальника графа Бердан-Мохнатского имя Вагид на имя Айвар и женил его на свежевзятой, но еще неопробованной седьмой любимой жене Зульфие и умер. И оставил завещание, что все первенцы в его роду будут носить имя Айвар.

Так вот, последний из Айваров Алекперовых и намыливался жениться на княжне Танечке Персоль-Гуторской. А я этого не хотел. Я хотел жениться на ней сам. Я хоть и не нефтедобытчик Айвар Алекперов, но тоже… Из потомственных евреев Его Императорского Величества. И с боеприпасами у моего предка Гирша, приглашенного императрицей Екатериной Великой в Россию из польского города Липска и вынужденного сменить благозвучную фамилию Шмокшлимазлцудрейтерзон на более простую и доступную фамилию Липскеров, так ему казалось… О чем я говорил? А! О боеприпасах. Так вот, Липскеровых в мире – что собак нерезаных. И все родственники. Так что негоже мне, столбовому Липскерову, лажаться перед каким-то Айваром…

Я дернул за цепочку. Дверь мне открыл старый дворецкий Иеринарх Владимирович Фридман. Из бывших крепостных. У них в роду все первенцы носили имя Иеринарх. Такое вот странное совпадение.

– Что господину жиду надо? – спросил дворецкий, склонив напомаженную голову в полупоклоне.

– Княжна у себя? – ответил я по национальному обычаю вопросом на вопрос.

– А какое господину жиду собачье дело до того, где княжна?

Ну, я не стал препираться со стариком. Убил его и вошел в комнаты. Она, Танечка моя, княжна Персоль-Гуторская, двадцати неполных лет, сидела на диване. Я молча сжимал в кармане леденящий пистолет. Обращенный книзу дулом, сквозь карман он мог стрелять. Но, господа присяжные заседатели (прорепетировал я про себя свое последнее слово), у меня и в мыслях не было убивать княжну Персоль-Гуторскую. А пистолет – исключительно в целях самозащиты. От конкретного лица кавказской национальности Айвара Алекперова.