– Наконец-то они ушли. – Потом снова взглянул на нее, минуту помолчал и продолжил: – Поскольку я здесь нежеланный гость, естественно, мне придется откланяться. Мне остается только поблагодарить вас за то, что вы сделали для… незнакомого человека, и уйти. – Он снова сделал паузу, но она опять не ответила. Он слегка наклонил голову, как человек, покоряющийся неизбеж shy;ному. – Гражданка, – произнес он, – вы знаете, что мо shy;жет ожидать меня на улицах. Я не трус. Меня направлял лишь инстинкт самосохранения. Но если мне не повезет, я умру, не опозорив имени, которое ношу. На некоторое время благодаря вам, я был спасен. Но, возможно, только на некоторое время. Я по-прежнему считаю, что нахожусь в смертельной опасности. Вы поймете мое желание по shy;мириться с теми, кого я мог обидеть действиями или намерениями. Мне будет легче уйти, если я буду уверен в том, что вы простили меня за прошлое.

Конечно же, эти слова тронули Анжель. От враждеб shy;ности не осталось и следа. Но прежде чем она смогла ответить, распахнулась дверь и на пороге появился Видаль.

Сейрак сначала отшатнулся, узнав его. Потом он пришел в себя и стоял, полупрезрительно улыбаясь, в его глазах была заметна смертельная усталость.

– От Харибды прямо к Сцилле

Видаль приближался. Он изумленно взглянул на Анжель.

– Так, значит, это была правда? – спросил он и коротко рассмеялся, вспомнив, как распинался перед толпой.

– Как видишь, – спокойно ответила она. – Но я не знала, кто он такой, когда впустила его в дом.

– И кто же это такой, кому ты дала убежище? – эхом откликнулся Видаль, явно заинтригованный.

Полковник снова взглянул на беглеца с любопытством, теперь уже внимательнее, и его суровое лицо потемнело. Он взял со стола свечу и поднял ее вверх, чтобы лучше разглядеть незнакомца. А когда узнал, из его горла вырвалось нечто подобное рычанию, и он поставил свечу на место.

– Бог не дремлет, шевалье де Сейрак, – мрачно про shy;изнес он.