… теперь Антона бил не только переводчик, но и охранники в белых кроссовках. Они-то его и спасли от неминуемой гибели. Солдатские ботинки с железными носами били смертным боем, а мягкие «кросы» тупо глушили. Антон вырубился на десятой секунде и уже не чуял, как  волокли по двору, миновали темный коридор и  вытащили на улицу, но уже с другой стороны. Забитого до полусмерти, его швырнули под стену. Накинули на шею ржавый трос, затянули потуже и зафиксировали зажимом. Другой конец закрепили на железной загогулине в стене возле земли. Длина троса такова, что пленник может только стоять на коленях или наклонившись. … первое, что почуял Антон, когда сознание вернулось – это концентрированный запах мочи и самой что ни есть заскорузлой псины. По лицу течет липкое, мухи облепили все тело, насекомые жадно сосут кровь из ран, пытаются забраться в ноздри, в глаза. Антон чихает на все легкие, как сумасшедший, машет руками, голова мотается из стороны в сторону. Гудящее облако мух поднимается, воздух становится чище, но самые смелые мухи все равно отчаянно атакуют сладкую добычу. Слышен радостный детский смех. Антон с трудом разлепляет глаза. Сквозь узкие щелки – открыть шире нет сил – видна стайка ребятишек. На круглых мордашках цветут улыбки, в наивных детских глазках радость, белые зубки сверкают, словно жемчуг. Антон опускается на землю, упирается спиной в столб. Силы покинули избитое тело. Детишки недовольно верещат и град мелких камней обрушивается на измученного человека. Тело одеревенело от побоев и удары почти не чувствуются. Так даже лучше, мух отгоняют …

Резкий, словно удар кнута, выкрик сдувает малышню с улицы. Антон приоткрывает один глаз, видит смутное пятно человеческой фигуры. Неизвестный приближается.