Каких только лиц, каких только типов не было здесь! Тут собрались отборные головорезы, известные на всех тропических широтах. Среди них были и коренастые малайцы, проворные и ловкие, как обезьяны, и рослые темнокожие даяки с острова Борнео, и сиамцы с желтыми лицами, и индийцы, бугисы, яванцы, несколько тагалов с Филиппин, и даже негритосы с курчавыми головами, с кожей, черной, как самая черная смола.

Трепет пробежал по длинной шеренге пиратов, когда Сандокан появился среди них; их глаза загорелись, а руки легли на рукоятки кинжалов. Всем хотелось отправиться с Сандоканом, все стремились выйти с ним в море. Эти люди не спрашивали себя, что их ждет впереди, очертя голову, в любой момент они готовы были броситься в неизвестность.

Сандокан остановился и окинул довольным взглядом своих тигрят, как он любил называть их.

— Патан, — позвал он. — Выйди вперед.

Мощный малаец с оливковой кожей выступил из строя вперед с той характерной раскачкой, которая выдает моряков.

— Сколько людей в твоем отряде? — спросил Сандокан.

— Пятьдесят, Тигр Малайзии.

— Все надежны?

— Все жаждут крови.

— Посади их на те два судна и уступи половину Батолу.

— А зачем?

Сандокан бросил на него взгляд, заставивший задрожать этого носорога, не боявшегося даже залпа митральез.

— Повинуйся, и ни слова, если хочешь жить, — сдвинув брови, холодно сказал Сандокан.

Малаец склонился и быстро отошел, смешавшись с отрядом, стоявшим за его спиной.

— Пошли, Янес, — сказал Сандокан, проследив, как пираты садятся в лодки и отплывают к своим судам. — Мне пора.

Они уже двинулись к пристани, когда их догнал безобразный негр, гориллоподобный, с огромной головой и длинными до колен руками — яркий образчик тех страшных негритосов, которые встречаются на островах Малайзии.

— Откуда ты, Килидалу? — спросил его Янес.

— С южного берега, — ответил негр, тяжело дыша.