- Нет, - возразил он, грустно качнув головой; и глубоко запавшие глаза бедняги наполнились слезами.

- Боже правый, что случилось, Денни? - спросил я, в то время как он, словно в тисках, сжимал мне руку.

- Они бросили меня! - воскликнул он в страстном порыве горя - крик этот, казалось, вырвался из самой глубины его души. - Бросили! - повторил он и опустился на скамью, стискивая свои громадные кулаки, дико потрясая худыми руками. - Я теперь человек, умудренный опытом, мистер Фиц-Будл. Джемайма оставила меня, а ведь вы знаете, как я ее любил и как мы были счастливы! Теперь я один как перст; но я утешаю себя тем, что скоро умру; и что именно она меня убила!

История, которую он мне поведал, прерывая рассказ отчаянными, бурными сетованиями, какие не свойственны моим более хладнокровным соотечественникам и которые мне бы не хотелось здесь повторять, была до крайности простой. Теща завладела домом и выжила его оттуда. Его состояние было передано по брачному контракту жене. Она никогда его не любила, в чем в конце концов созналась, и своим эгоизмом, насмешками и несносным характером вынудила его уйти. Сын умер; девочкам, по его мнению, приличнее воспитываться у Молоев, чем у него; так что он один-одинешенек и живет, вернее, прозябает, на свои сорок фунтов в год.

Злоключения его, вероятно, уже кончились. Две дуры, сделавшие его несчастным, не прочтут этой правдивой повести; они не читают безбожных сочинений, печатающихся в журналах; зато я хотел бы, почтенный читатель, чтобы мы с вами посещали церковь так усердно, как они. Подобные люди нечестивы не вследствие своей набожности, но вопреки ей. Они слишком глупы, чтобы оценить скромность, слишком слепы, чтобы увидеть под грубой, нескладной оболочкой нежное, бесхитростное сердце. Они уверены, что вели себя безукоризненно по отношению к моему несчастному другу и проявили подлинно христианские чувства. Приятельницы считают жену Хаггарти жертвой негодяя супруга, а мать - ангелом, явившимся ее спасти.