Хаггарти, как показывает фамилия, был той же нации, что и миссис Гам, более того, этот честный врач обладал некоторыми общими с вдовой чертами характера и хвалился своим семейством, пожалуй, не меньше, чем она. Не знаю, какой именно частью Ирландии правили его предки, но королями они, несомненно, были, подобно предкам многих тысяч ирландцев; во всяком случае, они занимали весьма почетное положение в Дублине, "где моего батюшку, - говорил Хаггарти, - знают так же хорошо, как статую короля Уильяма и где у него, смею вас заверить, собственный выезд".

Насмешники не замедлили прозвать Хаггарти "Собственный выезд", а иные потрудились навести о нем справки у миссис Гам.

- Миссис Гам, когда вам случалось выезжать из Молойвиля на балы лорда-наместника или принимать гостей в своем доме на Фицуильям-сквер, вы встречали в светском обществе знаменитого доктора Хаггарти?

- Вы имеете в виду лекаря Хаггарти с Глостер-стрит? Этого мерзкого паписта! Неужто вы допускаете, что Молой сядут за один стол с таким субъектом?

- Как, разве он не самый знаменитый в Дублине врач, и разве он не держит в столице собственный выезд?

- Это ничтожество? Он держит аптеку, доложу я вам, а сыновей посылает разносить лекарства. Четверо - Улик, Фил-Теренс и Денни служат где-то в армии, и лекарства теперь разносит Чарльз. Вы спросите, от кого я могла узнать об этих мерзких папистах? Их мать, урожденная Бэрк из Бэрктауна, что в графстве Каван, принесла лекарю Хаггарти две тысячи фунтов. Она была протестантка, и я никогда не могла понять, с чего это ей вздумалось выходить за ничтожного аптекаря, за это папистское отродье.

Судя по осведомленности вдовы, я склонен подозревать, что дублинцы проявляют не менее жгучий интерес к своим соседям, чем обитатели английских городов; весьма вероятно также, что рассказ миссис Гам о юных Хаггарти, разносивших лекарства, вполне достоверен, ибо некий прапорщик из 120-го полка изобразил достойного врача выходящим из аптекарской лавки с клеенчатой сумкой под мышкой, и вспыльчивый доктор был так взбешен этой карикатурой, что непременно вызвал бы молодого офицера на дуэль, если бы ему не помешали.