Нина сразу узнала их, но как-то даже и не поняла сначала, что это может значить и отчего вдруг так стукнуло сердце.

— Это Луганович, — сказал Коля.

Нина вдруг побледнела и быстро пошла вперед, углубляясь в лес.

— Нина Сергеевна, куда же вы?.. Подождите!.. — закричал сразу отставший Коля Вязовкин.

Нина скорее почувствовала, чем увидела, как на крик Коли Луганович быстро оглянулся.

Раиса Владимировна проводила ее глазами.

— Это, кажется, ваша пассия?.. — насмешливо спросила она.

Даже не глядя, опытным женским чутьем она поняла, что происходит в душе Лугановича, и усмехнулась.

— Попался, миленький!.. — каким-то дурашливым, нехорошим тоном сказала она. — Так вам и надо!..

— Почему — попался?.. Вот глупости!.. — по-мальчишески пробормотал Луганович, не смея взглянуть на нее и чувствуя, что глупо краснеет.

— Да, да, да!.. — грозя пальцем, смеялась Раиса. — Знаем мы все!

Луганович думал, что она ревнует, и испугался. Но Раиса Владимировна слишком хорошо знала мужчин и знала власть своего тела. Она смотрела на Лугановича плотоядно и уверенно. Он нравился ей именно своей молодостью и нетронутостью. Такого любовника у нее давно не было, и она твердо знала, что не уступит его этой простенькой провинциальной барышне, по крайней мере, пока он не надоест ей. Как раз в ту минуту, когда показались Нина и Коля Вязовкин, Раиса Владимировна уговаривала Лугановича перевестись в Петроградский университет.

Луганович был смущен и растерян. Его поза у самых ног Раисы была так интимна и он так ясно понял инстинктивное движение Нины, что сразу стало понятно: теперь все между ними кончено. Внезапно его охватила злобная досада против Раисы.

Раиса Владимировна презрительно и властно посмотрела на него, чуть-чуть усмехнулась и, лениво откинувшись назад, протянула:

— Жарко!.. Так, кажется, взяла бы да и разделась совсем!..