В пятилетнем возрасте я легко поддавался такому гипнозу. Я усвоил, что читать перед сном – непременное обязалово, но вместе с этим впитал и то, что достаточно читать страницу. Одну страницу. Последние пятнадцать лет, прошедшие после смерти бабушки, я читаю подаренный ею «Улисс» перед тем, как провалиться в свое мягкое бархатное «ничто» без вспышек и видений. Еще полгода – и этот гигантский бук будет перелистан мной в пятый раз, но – лопни все мои фотовспышки! – я все равно уже не помню, с чего там все начиналось. «Amnesie in litteris», как сказал один швейцарский доктор, у которого не получалось вспоминать даже тексты собственных рецептов, – потеря литературной памяти! Поэтому, скорее всего, через полгода, я в который раз начну перечитывать «Улисс» заново. Думаю, ближайшие сорок лет за мой покой будет отвечать эта гигантская книга, которую сто лет назад написал ёкнутый на всю голову парень из Ирландии по имени Джеймс Джойс. Правда, у меня никогда не получалось воспринимать его как писателя. Потому что в детстве я посмотрел фильм о нем с красавчиком Макгрегором в образе. Так что если мне скажут, что Джойс в перерывах между корпением над главами «Улисса» летал спасать галактику с лазерным мечом в руке или нырял в унитаз за крэком, – я не удивлюсь.

Пока вчитываюсь в то, как мистер Блум стряхивает основную массу стружки и вручает Стивену шляпу с тросточкой, Сириус, сытый и томный, сворачивается на моей ноге в пушистый белый клубок, пару раз благодарно мерцает мне в лицо своими разноцветными глазами, зажмуривается и начинает урчать, как подземная речка. Спустя пять минут мы уже урчим оба. Еще через пять минут я начинаю храпеть, ворочаться, сбрасываю Сириуса с ноги и переворачиваюсь на живот. Только так я могу начать свое восьмичасовое плавание по безмятежности.