- Мистер Дэви, вам не хотелось бы поехать со мной недели на две к моему брату в Ярмут? Это было бы чудесным развлечением, правда?

- А твой брат добрый, Пегготи? - предусмотрительно осведомился я.

- Ах, какой добрый! - воздев руки, воскликнула Пегготи. - А потом там море, лодки, корабли, и рыбаки, и морской берег, и Эм - он будет играть с вами...

Пегготи имела в виду своего племянника Хэма, о котором упоминалось в первой главе, но говорила она о нем так, словно он был глаголом из английской грамматики *.

Я раскраснелся, слушая ее перечень увеселений, и отвечал, что это и в самом деле было бы чудесным развлечением, но что скажет мама?

- Да я бьюсь об заклад на гинею, что она нас отпустит, - сказала Пегготи, не спуская с меня глаз. - Если хотите, я спрошу ее, как только она вернется домой. Вот и все.

- Но что она будет делать без нас? - спросил я и положил локти на стол, чтобы обсудить этот вопрос. - Она не может остаться совсем одна.

Тут Пегготи начала вдруг разыскивать дырку на пятке чулка, но, должно быть, это была очень маленькая дырочка и ее не стоило штопать.

- Пегготи! Ведь не может же она остаться совсем одна?

- Господи помилуй! - воскликнула, наконец, Пегготи, снова подняв на меня глаза. - Да разве вы не знаете? Она будет гостить две недели у миссис Грейпер. А у миссис Грейпер соберется большое общество.

О, в таком случае я готов был ехать! Я с величайшим нетерпением ждал, когда моя мать вернется от миссис Грейпер (это и была наша соседка), чтобы удостовериться, разрешено ли нам будет привести в исполнение наш замечательный план. Моя мать, удивившаяся гораздо меньше, чем я ожидал, охотно приняла его, и в тот же вечер все было решено; условились, что она заплатит за мой стол и помещение.

Вскоре настал день отъезда.