Москва! Снег!

Налетчицу окружил хрупкий балет крупных снежинок. С детским любопытством они усеяли глазами в белых ресницах алую ткань камуфляжа. Шипы противно запищали по скату. Теплый ветер облизал листовую крышу до ледяного блеска. Сердце билось глухими толчками крови. Лиза стала альпинисткой еще в школе, но до сих пор не потеряла свежесть восторга от победы над высотой.

С крыши открывался вид на пустое Садовое кольцо света с редким лётом последних машин и огнистую панораму огромного города под розовым небом мясного цвета с круглым дымком бледной луны. Луна стояла точно над шпилем монструозного Министерства иностранных дел, так висит на ниточке над головой детский газовый шарик… А вот и край крыши. Обрыв. Ну!

Стравив канат, она соскальзывает с ледяного ребра и! вращаясь вокруг оси, повисает на тросе над бездной. Проходит не меньше минуты прежде чем ей удается остановить вращение и, дотянувшись ногами до стенки, со всей силой упираясь шипами в опору, начать медленный спуск к мишени.

Внимание!

Вот окно самоубийцы. Оно расположено прямо над целью. Расстегнув кобуру, Лиза правой рукой сторожит оружие… если он в эту минуту снова откроет раму и вспрыгнет на подоконник, выстрел из «Магнума» отбросит несчастного назад с такой силой, что юноша упадет не вниз на землю, а навзничь. На пол… Лиза видит, что створка прикрыта неплотно – внутрь залетает снежок. Жалюзи подняты. Ах вот оно что! Это не квартира, а служебное помещение – просторная комната лифтерской службы с лампой дневного света под потолком и единственным канцелярским столом. Несчастный уснул, положив голову на столешницу.

Сон в зимнюю ночь…

Ему снится новогодняя елка в нитках золотого дождя, луна на серебряной ниточке в чаще колючей хвои, мерещатся елочные фигурки людей из цветного стекла, чья жизнь повисла на волоске – только тронь человечка злым пальцем озорника и игрушка насмерть разобьется об пол.