19 июля, когда Хоуард со своими адмиралами и капитанами после обеда играл в шары, к флагману пристала пинаса наблюдения. Её капитан поднялся на борт и доложил:

– Сэр, я видел испанский флот у мыса Лизард.

Мыс находился в шестидесяти милях от Плимута. Хоуард посмотрел на Дрейка, чья очередь была метать. Прославленный пират взял в руки шар и спокойно заметил:

– У нас достаточно времени, чтобы закончить игру и после этого разбить испанцев.

Испанским флотом командовал герцог Медина Седония – знаменитый воин, но совершенно несведущий в морском деле, о чём он честно заявил своему королю. Однако Филипп только поморщился. Он не привык менять своих решений и настоял на назначении.

Рэли, члена Военного совета, Елизавета назначила ответственным за оборону побережья Девоншира и Корнуэлла. В кратчайший срок талантливый организатор укрепил прибрежные города и вооружил пять тысяч ополченцев, но как ни рвался сэр Уолтер в бой, всё решилось без него, на море.

После ряда незначительных стычек Армада укрылась во французском порту Кале. Здесь она должна была соединиться с сухопутной армией герцога Пармы. Медлить было нельзя. Военный совет на борту флагманского корабля Хоуарда принял решения атаковать испанцев. Вперёд будут высланы горящие корабли. Дрейк первым предложил для этой цели свой собственный корабль «Томас».

В ночь на 28 июля, подгоняемые благоприятным ветром, восемь подожжённых судов вошли в гавань Кале. В Испании английскими агентами распространялись слухи о каких-то новых «дьявольских» кораблях англичан. Испанцы решили, что это они самые и есть, когда увидели огромные факелы. Один презревший смерть английский моряк держал руль до тех пор, пока пылающий корабль не ударился о борт испанского галиона.

Началась паника. Испанцы рубили канаты якорей и поднимали паруса. Между их кораблями деловито сновали небольшие маневренные английские суда, сея меткими залпами орудий смерть и ужас. Сам Медина сохранил присутствие духа. Ему удалось собрать вокруг себя около пятидесяти кораблей.