Утром началась знаменитая битва. Поднялась страшная канонада, густой дым окутал сражающиеся корабли. Английские пушки были скорострельнее и, установленные на низкобортных судах, били в наиболее опасные места – ниже ватерлинии. А орудия с высоких бортов испанских кораблей стреляли гораздо выше цели. Превосходство англичан в маневренности, скорости и выучке матросов было также очевидным. Испанцы защищались мужественно – ни один корабль не сдался. После семи часов ожесточённого сражения английский флот сокрушил «Непобедимую Армаду».
«Мы вырвали из хвоста испанской птицы одно перо за другим, а жалкие остатки их рассеяли по всему морю», – писал Дрейк в донесениях.
Испанский флот понёс тяжёлые потери, но мощь Испании даже после такого поражения ещё оставалась достаточно сильной, чтобы поспорить за мировое господство. Несколько мелких побед в Атлантическом океане и достойный отпор английскому десанту под Коруньей и Лиссабоном убедили в этом даже самых отчаянных оптимистов. Испанцы усилили защиту своих американских владений, и там, где Дрейк ещё недавно одерживал удивительные победы, выросли новые мощные крепости. Полученные уроки войны с Англией заставили Филиппа II модернизировать флот.
В начале 90-х годов Уолтер Рели всё чаще обращается к мысли снарядить большую экспедицию в Вест-Индию и там нанести Филиппу решающий удар. В Испанию из её колоний в Америке устремлялся такой поток золота, серебра, драгоценных камней и жемчуга, что восстановить на эти деньги свои прежние позиции она могла в ближайшие годы. Вот если перерезать эту нить Ариадны и направить конвейер с сокровищами в Англию! Трудно отказать Уолтеру Рэли в дерзости его планов.
Вспомнил Рэли и о своей колонии на острове Роанок. Джон Уайт был разыскан и доставлен во дворец. Рэли завтракал в своих апартаментах, когда в комнату, застланную персидскими коврами, ввели голодранца с лихорадочным блеском в глазах. Сэр Уолтер с трудом узнал в нём несчастного губернатора Виргинии. Вернувшись в Англию без гроша за душой, в долгах, тот в полной мере изведал страдания человека, оставшегося один на один с судьбой. Рэли пригласил Уайта к столу, и пока голодный губернатор ел, сказал ему: