Жрать воплощенное физическое убожество.

Жрать женскую долю.

Жрать звериный оскал капитализма.

Жрать "прелести" казарменного социализма.

Жрать преднамеренные искажения дат и мест событий.

Жрать вялую агонию шестидесятников.

Жрать убийственный, почти дьявольский хохот, охвативший Анастаса с быстротой лесного пожара.

Жрать прыжки и гримасы.

Жрать сомнительный вкус к языковой эклектике.

Жрать зловещее молчание большинства, зреющее грозовой тучей.

Жрать роковые совпадения.

Жрать постепенное сползание к неприкрытому хамству.

Жрать запоздалые в своей неуместности поздравления.

Жрать удручающее невежество.

Жрать лесной пожар, свирепствующий в Засекино уже вторую неделю.

Жрать бодрое очарование утренней верховой прогулки с Адой.

Жрать озорное предположение.

Жрать беспомощное ржание тонущей лошади.

Жрать крики ворон в тумане.

Жрать мысли, на первый взгляд не имеющие как будто ни малейшего практического значения, но при более глубоком рассмотрении обнаруживающие неотразимую внутреннюю логику, а следовательно, и убедительность.

Жрать самоограничение, граничащее

с аскетизмом.

Жрать испепеляющую стихию страсти.

Жрать самоубийственный путь от

квазидемократии к национал-популизму.

Жрать тотальную дискредитацию всего.

Жрать плутовскую ухмылку Славы.

Жрать одиозную победу.

Жрать музыку небесных сфер.

Жрать дешевое стебалово.

Жрать замаскированную веру в мессианство, заимствованную у библейских пророков и приписанную пролетариату.

Жрать коварный подвох.

Жрать грехи наши.

Жрать юношескую нерешительность, граничащую с угловатостью.

Жрать утренний кашель курильщика.

Жрать земные поклоны патриарха.

Жрать нечаянную радость покаяния и прощения грехов.