И за это его в нашем местечке называют свиньей. И уж, конечно, между нами говоря, он вполне заслужил это имя. Но вообще-то в глаза ему льстят. И так льстят, что с души воротит. А он доволен и все принимает за чистую монету. Поглаживает свой животик и живет припеваючи. Да, конечно, это и есть жизнь! Спрашивается: а что еще человеку нужно? Живет он в полном довольстве, сладко кушает, крепко спит. Поспавши, велит запрячь фаэтон и немного катается по грязи. А вечерком у него собираются гости. И это почти все – хозяева города. Они сплетничают. Болтают всякую чепуху. Смеются над всеми жителями и над всем миром. Засим подают им большой самовар. И тут мой тесть непременно усаживается играть в домино с резником Шмуэл-Абе. А в домино они могут целую ночь играть. А ты сиди и смотри, как они играют. Уже, можно сказать, рот разрывается от зевоты. Охота встать из-за стола, уйти в свою комнату и там взяться за книгу. Так нет! Уйти, оказывается, неприлично. Мой тесть за это крепко обижается. Он тогда надувается, как индюк, и перестает с тобой разговаривать. А глядя на него и теща перестает тебя за человека считать. А уж коли родители не в ладах с зятем, то и их чадо единственное тоже, как говорится, свой нос в сторону воротит, А это чадо высокого мнения о себе. Еще бы: она у родителей «зеница ока» и поэтому думает, что весь мир создан только для нее. А между нами говоря: она если и не дура, то не особенно умна. Нет, когда она говорит, то незаметно, что она глупа. Напротив того, она кажется как будто бы даже не глупой, а умной. Иной раз даже может показаться, что она исключительно умна. Но что значит для нее ум, если она избалована и распущена, как дикая коза? Целые дни она либо хохочет, либо плачет. А уж если плачет, то плачет, как малое дитя. Иной раз спрашиваешь ее: «Что ты плачешь? Чего тебе не хватает?» Стена скорей ответит, чем она. Но это еще полбеды. На громкий плач является теща. Является в своей турецкой шали на плечах. Руки ломает. Молитвенным тоном восклицает. А у самой голос грубый, как у мужчины.