Без Бога и земли нет литературы.

Без Бога и корней нет национального и духовного роста - так было, когда нас обзывали советскими (что, в частности, породило унылый цинизм Толстой), и это то, что мы видим сейчас, когда нас тянут в россиянцы. Но у россиянцев родина - Россияния - у них нет нашей земли, почвы, традиции и культуры. Россиянцы еще трудятся, формируют социальный заказ, находя в русской среде потерявших надежду, усталых и голодных, творя их руками мир стерилизованной национальности. Бесплодием и конечностью пути веет от этих усилий. Национальное чувство может сколь угодно покладисто кивать на чужие речи, в это время двигаясь вперед, - неизменно, по своему собственному, никому не подвластному пути - неумолимо творя мир всегда осененного Божьей милостью национального духа...