– Будем надеяться, что не возникнет проблемы юрисдикции.

– Да... А я и не подумал.

– Взорванный ящик – это проблема федеральных властей.

– Но он взорвался на городской улице. Значит, расследуем мы.

– В общем, хорошо бы обошлось без проблемы юрисдикции.

Шеф детективов нью-йоркской полиции Уолтер Браун поднимался по гранитным ступеням под сень коринфских колонн Главного почтового управления на Пятой авеню. Не считая небоскребов, управление было самым впечатляющим зданием во всем городе. Оно занимало целый квартал и казалось неколебимым как скала. На фронтоне красовался девиз почтовой службы Соединенных Штатов:

И В СНЕГ, И В ДОЖДЬ,

И В ХОЛОД, И В ЗНОЙ

ПОСЫЛЬНЫЙ НИ ЗА ЧТО

НЕ СВЕРНЕТ С ПУТИ.

Браун нашел кабинет начальника почтового управления Нью-Йорка и предъявил секретарше свой значок.

– Детектив Браун. По срочному делу.

– Минуточку! – отозвалась девушка. Спустя мгновение Браун уже открывал дверь, на которой чуть ли не позолотой отливало: «Начальник почтового управления Майрон Финкельперл». Дверь выглядела внушительно, как и подобает таковой, ведущей в кабинет человека, который управляет потоком почты в одном из крупнейших городов мира.

Почтмейстер жестом пригласил Брауна, и тот опустился в темно-бордовое кресло.

– Полчаса назад, – начал Уолтер, – на углу Восьмой авеню и Тридцать четвертой улицы произошел взрыв.

– Да, да, слышал.

– Мы установили, что взорвался один из линейных ящиков для почты.

Почтмейстер побледнел и буквально зашатался как пьяный – ноги, похоже, его не держали. Вынув из кармана белый льняной платок, Финкельперл поспешно вытер лоб.

– Спасибо, что обратили на сей факт мое внимание, – сказал почтмейстер и сел.

Теперь настала очередь Брауна изумляться.

– И все? Но нам нужны имена всех почтовых служащих, которые имеют доступ к таким ящикам.