– Черт побери! – пробормотал детектив из бригады по расследованию взрывов. – Черт побери! Самый настоящий ящик со взрывчаткой.

– Нет, – тихо сказал Гутьеррес. – Не думаю.

– Вы что-то вспомнили?

– Да. Если хорошенько поискать, то наверняка отыщется еще один кусок металла. Там тоже есть буквы.

Детектив и патологоанатом выжидающе посмотрели на патрульного.

– Там написано «Почта». Теперь я все вспомнил. Штука, которая взорвалась, – обычный линейный ящик для почты.

Детектив, казалось, вот-вот заплачет. Он чуть ли не с нежностью посмотрел на Тони.

– Так говорите – почтовый ящик?

– Ну да!

– Надо немедленно позвонить начальнику. Должно быть, это важная информация.

Начальник полиции округа Южный Манхэттен позвонил комиссару полиции Нью-Йорка приблизительно в 12.53.

– Взорвался линейный ящик для почты, – доложил начальник полиции.

– Черт побери! Значит, бомбу мог подсунуть кто угодно.

– Нет, сэр, я сказал – линейный ящик. Это вам не простой почтовый ящик.

– А в чем разница?

– Обычные почтовые ящики синие и предназначены для общественного пользования. Линейные ящики – оливково-зеленые, у каждого почтальона есть свой ключ от каждого ящика.

– Значит, круг подозреваемых сужается? – предположил комиссар.

– Сужается, сэр, – согласился начальник полиции округа.

– Получается, террористическим актом здесь и не пахло?

– Кажется, нет.

– Возможно, просто посылка с бомбой, которая взорвалась раньше времени. Или виноват недовольный почтальон.

– А разве бывают довольные? – проворчал начальник полиции округа.

Комиссар счел за благо пропустить эту реплику мимо ушей. Начальник полиции округа может позволить себе немного черного юмора, а комиссар обязан проявлять сдержанность.

– Срочно допросите начальника почты, – приказал комиссар. – Вся почта предварительно сортируется. Не исключено, что мы уже кое-что разузнаем к вечернему выпуску новостей или даже раньше.