- Не сдохнeт, - сказал я. - сдохнутт можно только один раз. А Тем сдох еще до рожденья. Вся эта кровища сейчас перестанет. - Я знал, что главные кабели у него целы. Вынул свой чистый платок из кармана, чтобы обернуть рукeр бедному умирающему Тему, который вопил и стенал, и кровь действительно вскоре остановилась - да и куда бы она делась-то! Будут теперь знать, кто истинный вождд и хозяин, бараны тшертовы, подумал я.
Довольно быстро я обоих раненых бойцов успокоил в уюте бара "Дюк-оф-Нью-Йорк", поставив перед ними двойные бренди (купленные на их же бaбки, поскольку свои я все отдал отцу) и сделав пару примочек из пропитанных водой носовых платков. Старые вeшaики, к которым мы в предыдущий вечер отнеслись с такой заботой, снова были тут как тут и наперебой твердили: "Спасибо, ребятки", "Дай Бог вам здоровья, мальчики", прямо удержу на них не было, хотя мы вовсе не собирались вновь расшибаться перед ними в лeпешку. Однако Пит сказал: "Что будем пить, девушки? " и принес им пивка с прицeпом, как будто у него денег куры не клюют, и тут уж их совсем зациклило: "Уж как мы вам рады, как рады, мальчики", "Никогда не заложим вас, ребятишки", "Вы самые лучшие в мире ребятки, вот вы кто! " Наконец я говорю Джорджику:
- Ну что, возвратимся туда, откуда начали, да? Ссоры забыты, все как было, правильно?
- Во-во-во! - сказал Джорджик. Однако старина Тем все еще смотрел несколько ошалело и даже так высказался: "А я ведь достал бы гада, ну, как ее, этой - ^eппjу, просто мне какой-то вeк под локоть попался", - словно он все еще продолжал дрaцинг, причем даже не со мной, а с каким-то другим противником. Я говорю:
- Ладно, Джорджибой, так что там у тебя на уме-то было?
- Да ну, - отмахнулся Джорджик, - не сегодня.