- Попробуем, что мы теряем? - На это он передернул плечом и скривил рот. А я Скомандовал Питу и Тему: - Вы стойте по обе стороны двери. Понятно? - Они согласно закивали в темноте: ясно-ясно-ясно. - Начали, сказал я Джорджику и пошел прямо ко входной двери. Там была кнопка звонка, я нажал, и из коридора донеслось "дрррррр-дррррррр". После этого все в доме замерло, вроде как обратилось в слух, словно и бaбушкa, и все ее кошки при звуках этого дрр-дрр одновременно навострили уши и насторожились. Тогда я позвонил чуть настойчивей, и тут послышалось шарканье ног - шлеп-шлеп, шлеп-шлеп, - бабушка в тапках шла по коридору, причем мне вдруг пришло в голову, что она идет, а под мышками у нее с каждого боку по коту. Потом раздался ее очень такой неожиданно басовитый голос:

- Прочь! Уходите, или я стреляю. - Джорджик это как услышал, чуть не прыснул. А я говорю, причем несчастным таким, просительным голосом:

- Мадам, прошу вас, пожалуйста, помогите! Мой друг очень болен!

- Уходите, - повторила она. - Знаю я ваши подлые-штучки: я вам открою, а вы заставите меня купить то, что мне не нужно. Уходите, говорю вам. - Надо же, и ведь встречаеця же такая поразительная наивность! Уходите, - снова заладила она, -- а то я напущу на вас своих кошек! Видать, спятила от своей жизни в оди нотшeствe. Тут я глянул вверх и заметил, что повыше двери есть застекленное окно, так что куда быстрей будет, если туда вскарабкаться и влезть через него. Иначе этот спор будет идти всю нотш. И тогда я сказал:

- хорошо, мадам. Если вы не хотите помочь нам, я поведу моего больного друга куда-нибудь в другое место. - Тут я мигнул друзьям, чтобы они отошли по-тихому, и только я один топал и громко декламировал: - Ничего, друг мой, мы обязательно найдем доброго самаритянина где-нибудь в другом месте. Эту пожилую леди, конечно же, нельзя винить за ее подозрительность, тем более что по ночам разгуливает множество негодяев и подонков.