— Поиграть в слова?

— Ее фамилия Касл,

— Ну и что с того?

— Это дает о ней кое-какое представление, — пояснил я, — и может помочь нам лучше ее узнать, а возможно, и вычислить, каким она мыслила себе настоящего мужчину.

Керриган сделал на сей счет откровенное предположение.

— Нет, — возразил я. — Я уже знаю, что она была натура сложная.

Вошла жена Макнейла, отчего гостиная сразу как будто уменьшилась в объеме, и, ни к кому конкретно не обращаясь, проворчала:

— Если те двое женаты, то я царица Савская.

Макнейл похлопал рядом с собой по дивану, приглашая ее присесть.

— Садись, Бетси.

Она громко фыркнула, плюхнулась на диван и, устраиваясь поудобнее, натянула выцветшую юбку на толстые колени.

— Если зазвенит звонок, — предупредила она, — мне нужно будет уйти.

— Это не займет много времени, — успокоил я ее. — Кто из вас двоих поселял ту девушку?

— Я, — ответил Макнейл.

— На сколько дней она брала бунгало?

— Продлевала каждый день. Утром приходила и платила за следующий день.

— Она с кем-нибудь из вас разговаривала?

— Со мной болтала, рот у нее прямо-таки не закрывался, когда я ей меняла постельное белье, — ответила жена владельца мотеля. — Про кино все расспрашивала, да нравится ли мне Аллентаун, была ли когда на Западе и всякое такое.

Миссис Макнейл явно испытывала неприязнь к Рите Касл, но я приписал это просто ревности, с какой водовозная кляча провожает взглядом чистокровного скакуна.

— Она много времени проводила в бунгало?

— Почти безвылазно. Во вторник вечером выбралась в кино или еще куда, еще меня спрашивала, что у нас показывают, вроде больше никуда не ходила.

Макнейл добавил:

— Тут за углом есть кафетерий, чуть в стороне от шоссе. Мы обычно посылаем туда наших постояльцев, если они желают перекусить. Туда и она ходила.