– Будь другом, – попросил Колотов оперативника. – Составь, опись.

– Еще денег четыре куска, – оперативник подвинул пачку сторублевок.

– Хорошо, – Колотов взял билет, повернулся к Питону. – В Симферополь, значит, намылился, дружок? Ну, ну…

Питон не реагировал.

Колотов повернулся к оперативнику:

– Оставь нас.

Оперативник принялся ссыпать в ящик драгоценности и деньги. Когда закрылась дверь, Колотов сказал:

– Хочешь на волю?

Питон напрягся.

– Я спрашиваю, – Колотов повысил голос. – Ну?!

– А кто ж не хочет? – осторожно усмехнулся Питон.

– Правильно, – согласился Колотов. – Соображаешь. – И добавил неожиданно: – Я тебя отпускаю. Только чтоб потом меня не привлекли за преступную «алатность, это все надо грамотно разыграть. Так?

Питон шумно сглотнул слюну и кивнул.

– Значит, – продолжал Колотов, – ты сейчас дверь на замок, мне в челюсть, табуретом в окошко – и был таков, а я золотишко себе в карман, будто это ты его с собой, понимаешь? И вслед за тобой. Бабки нужны, соображаешь?

И Питон поверил. Потер шею, привстал, исподлобья глядя на Колотова.

– Ну, ну, – подбодрил его тот.

Питон, с ненавистью глядя на Колотова, просипел:

– А ты меня в затылочек при попытке к бегству! Пух, пух! На-кась выкуси, сволочь!

Колотов рассмеялся, потом перевел дыхание:

– И это верно. Понятливый. – Лицо его вдруг помрачнело. – Я бы удушил тебя, если б можно было… Хотя, – и лицо его немного прояснилось, – ты и так не жилец.

– Это почему? – насторожился Питон.

– Да потому что через день-другой я найду Стилета и кой-кому стукну, что это ты его заложил, и мочканут тебя в зоне, как пить дать.

– Ууууу! – Питон только и сумел завыть на такие некрасивые слова.

– Отдай Стилета. И договоримся по-хорошему. Пока следователь не приехал. А он приедет, у нас все как полагается, чистосердечное признание, то, се…