– Так вот что произошло с Моисеем? – осторожно продолжил я. – Он водится с привидениями?

– Моисей таким уродился, но я думаю, возможно, именно это произошло с его матерью, а он заразился от нее.

– То, что призрак стащил курицу вчера вечером, довольно необычно, не правда ли?

– Похоже, у призраков, как и у людей, свои шутки, – только и сказал Соломон.

За завтраком я пересказал то, что видел прошлой ночью, но, к моему возмущению, и Рэднор, и мой дядя восприняли это спокойно.

– Моисей – всего лишь бедный придурковатый парень, но честнейший человек, – заявил полковник, – и я не позволю делать из него злодея ради твоего развлечения.

– Возможно, он и честный, – настаивал я, – но все-таки он знает, что сталось с той курицей! Более того, если вы осмотрите дом, то обнаружите и другие пропажи.

Полковник добродушно рассмеялся.

– Если то, что Моисей шатается по ночам, вызывает твои подозрения, тебе придется привыкнуть к подозрениям, ибо они останутся с тобой до конца твоего пребывания. Я знаю случай, когда Моисей ночевал в лесу из-за того что бегал три ночи напролет, – в нем столько же звериного, сколько человеческого; но это ручной зверь, и тебе не стоит его бояться. Если бы ты последовал за ним и его свертком прошлой ночью, то я думаю, что ты совершил бы чрезвычайно странное открытие. У него есть свои собственные маленькие развлечения, которые не вполне соответствуют нашим, но ввиду того, что он никому не причиняет вреда, какой смысл беспокоиться? Я знаю Моисея лет тридцать, и ни разу на моей памяти он не сделал зла ни одному человеческому существу. Такое можно сказать далеко не о каждом белом.