Новосильский взбежал по деревянным мосткам на судно.

— Здравствуйте, мичман! — остановил его лейтенант Торсон. — У вас нынче вид ликующий, как у именинника… Отчего сие?

— Нет… Да… Ничего особенного, Константин Петрович. — День больно хорош!…

— Денек самый весенний…

Мичман ласково улыбнулся Торсону. Какой он милый, скромный, деликатный — этот Константин Петрович!.. А капитан «Елизаветы» просто прелесть — рыжебородый, с трубкой в зубах, важный… Да и все славные, любезные, задушевные… А солнце так и заливает золотом… Что это Константин Петрович говорил об имениннике? Ох, чуть не позабыл: нынче у Куприяновых бал, две именинницы — Елена Павловна, мамаша Вани, и его сестрица Леночка…

Хотя с бала Новосильский вернулся поздней ночью, в семь часов утра он был на ногах, а к девяти явился в приемную морского министра и, сдерживая волнение, ждал аудиенции.

Мичман Куприянов расхаживал по аллеям соседнего сквера, переживая за приятеля. Лишь около полудня Иван Антонович увидел его. Новосильский почти бежал…

— Назначен на «Мирный»… Министр лично приказал… Только ты можешь понять моё восхищение!

— Чудесно! Значит, опять вместе — и в дальний вояж…

В ближайшие дни молодые офицеры обошли места, где можно было раздобыть книги о путешествиях в южные моря, старинные и новейшие географические карты. Побывали в Морском штабе, в Публичной библиотеке, у знакомых. Книг набралось немного, да и те английские и французские; впрочем, это не смутило офицеров, владевших иностранными языками. В личной библиотеке лейтенанта Торсона Новосильский отыскал четырехтомное сочинение с предлинным названием: «Джемс Кук. Путешествие в южную половину земного шара и вокруг оного, учиненное в продолжении 1772, 1773, 1774 и 1775 годов английскими королевскими судами Резолюциею и Адвентюром под начальством капитана Кука. С французского перевел Логгин Голенищев-Кутузов». Книги были изданы в Санкт-Петербурге в 1796–1800 годах.