— Внутри овала разместим несколько раскладушек, — продолжал Сокс, — и доктор со своим персоналом по время дерби будут наготове. Если кто-то из участников сойдет с дистанции, его партнеру два круга будуг засчитывать за один. Вот увидите, ребятки, народ к нам так и повалит. Подождите, если дела пойдут, тут еще появятся тузы из Голливуда… Ну а что с питанием? У кого-нибудь есть жалобы? Отлично, ребята, мне это нравится. Если вы поддержите нас, мы поддержим вас.

И мы вернулись на площадку. Никто из участников не нашел что возразить. Видно, они считали хорошей идеей все, что способно привлечь сюда людей. Когда я присел на барьер, ко мне подошел Ролло. Оставались еще две минуты перерыва перед новым двухчасовым туром.

— Не сердись на то, что я тебе говорил, — сказал он. — К тебе это не относится, только к Глории.

— Я знаю. Глория в порядке. Просто она зла на весь свет, вот и все.

— Постарайся ее утихомирить.

— Тяжело, но сделаю, что смогу, — пообещал я.

Потом взглянул на дверь женской раздевалки и с удивлением увидел, что Глория и Руби выходят на площадку вместе. Я пошел им навстречу.

— Что ты думаешь о дерби? — спросил я Глорию.

— Лучший способ от нас избавиться, — ответила она.

Свисток возвестил о начале следующего тура.

— Сегодня тут не больше ста человек, — заметил я.

Я положил руку Глории на плечи, она обняла меня за талию, и так мы ходили по паркету. Это разрешалось. Первую неделю марафона нужно было танцевать все время, но потом уже было достаточно просто непрерывно двигаться. Вдруг я увидел Джеймса и Руби, они приближались к нам, и по лицу Джеймса я понял — что-то не в порядке. Хотел было избежать встречи, но деваться было некуда.

— Я тебе говорил, чтобы ты оставила мою жену в покое. Ты что, не слышала? — накинулся он на Глорию.

— Пошел ты в джунгли, орангутанг, — огрызнулась она.

— Минутку, — вмешался я, — что происходит?