— Слушаюсь, государь. Куда и когда ему прибыть прикажешь?
— Пусть приезжает сразу туда и найдет меня в стане военном… А вот когда… — Иван Васильевич подсчитывает что-то в уме. — Если ты с войском через две недели будешь готов, то… — через четыре.
— Стало быть, — через месяц? — уточняет дотошный Патрикеев.
— Правильно понимаешь, Иван.
Патрикеев, поклонившись, выходит.
На кремлевской звоннице начинают бить колокола.
Великий князь привычно различает звук бывшего вечевого колокола Великого Новгорода, бьющего теперь на кремлевской звоннице, и удовлетворенно улыбается.
Часть первая
МЯТЕЖ
Глава первая
МЕДОВЫЙ МЕСЯЦ НА РЕКЕ УГРЕ
Давно уж кончилось на Угре бабье лето, и ночи стали холодными, глядишь, со дня на день начнутся серые затяжные дожди, потом заморозки, а там и снег…
Поежился Никола, накинул на плечи тулуп, потом зевнул и, перекрестив рот, чтоб не влетел ненароком какой бес, снова принялся оглядывать окрестности. Да только чего там оглядывать — за много дней и ночей, проведенных в карауле он так хорошо изучил округу, что малейшая в ней перемене сразу заметна — вот, например, повалил, должно быть, бобр давеча дерево в зарослях на берегу Угры — и Никола тотчас увидел, что в зубчатом рисунке леса на фоне утреннего неба недостает одной верхушки. Ну, сообщил, конечно, сразу Климу Неверову — мало ли что — а ну людских это рук дело! Проверили — точно бобр. Хорошее от природы Николино зрение обострилось настолько, что даже в темную и облачную ночь