— Мертвых отдам, живого оставлю! — Упрямо сказал Филипп, глядя в сторону.
Картымазов взял его за подбородок и, повернув лицо к себе, посмотрел прямо в глаза.
— Тогда тебе придется убить меня — сказал он очень просто и спокойно.
Затем подошел к людям, которые держали Зайцева, и повелительно приказал:
— Отпустить!
Те нерешительно посмотрели на Филиппа.
Филипп стиснул зубы и едва заметно кивнул.
Но Картымазов уже сам вырвал из их рук избитого пленника, помог ему сесть в седло, и они поехали в сторону Угры.
Филипп долго смотрел им вслед.
Федор Лукич не попрощался и ни разу не оглянулся.
* * * * *
Женитьба мало повлияла на внешний уклад жизни Василия Медведева. В эти мирные дни, которых раньше было так мало, он по-прежнему вставал на рассвете и начинал день с прогулки по своим владениям верхом на Малыше, а прогулка эта неизменно заканчивалась купаньем в Угре. Но теперь их стало четверо — два коня и два человека — Анница на своем черном Витязе неизменно сопровождала мужа. Она, правда, не купалась, но даже не потому, что женщине это было бы неприлично, хотя плавала она не хуже Василия, а просто, потому что каждое утро, проснувшись, она выходила обнаженной во двор в специально отведенную загородку, примыкающую к супружеской спальне с одной стороны и баньке с другой, и окатывала себя ушатом ледяной воды — так научил ее отец, который, должно быть, теперь каждый раз улыбался любимой дочери с того света, покоясь всего лишь в нескольких шагах под кудрявой березкой.