- Могу-с немного. В студенчестве баловался. А у вас есть гитара?
- Идемте сюда, - позвала она, держа в одной руке тетрадь, а другой отодвигая дверные занавеси.
Инженер вошел в комнату, сразу чем-то напомнившую ему горенку его старшей сестры, когда она была на выданье. Только эта была победнее: кровать с кружевами, туалетный столик, большое зеркало и круглый стол посреди комнаты.
- Садитесь, пожалуйста, - Лариса выдвинула стул и сняла с надкроватного гобелена гитару.
- Да я ведь, знаете, не ахти какой игрок, - засмущался Лесовский, принимая от нее семиструнку.
Гитара была слегка расстроена. Он покрутил колки и взял первый аккорд цыганской полечки. Струны больно врезались в пальцы от того, что долго не играл. Пожалуй, не играл с той поры, когда учился в Петровско-Разумовской земледельческой академии. В ту благодатную пору, бывало, после занятий уходил он с друзьями в подмосковный лес, и сколько же было там всякого... И гитара, конечно, непременная спутница. Там, под сосной, друг Лесовского, Вася Кирьяков, научил его нескольким аккордам...
- А теперь спойте что-нибудь, - попросила Лариса. - Романс какой-нибудь.
- Да вы что, Лариса Евгеньевна! Вот уже что не могу - то не могу. Мне в детстве медведь на ухо наступил, - принялся он, шутя, отказываться, а сам подумал: «Гитару-то она не ради красоты над кроватью держит, вероятно, сама играет и поет!» - Спойте лучше вы, Лариса Евгеньевна. Чует мое сердце, ох, как вы петь умеете!
Вероятно, Лариса только того и ждала, когда ее попросят. Она смущенно взяла гитару, довольно уверенно пробежала пальцами по струнам, вызвав звучный и неизвестный Лесовскому мотив.
- Ну, Лариса Евгеньевна, да вы же виртуозно владеете инструментом! - польстил он.
Она нежно улыбнулась ему, но тут же сосредоточилась, вся ушла в себя и запела: