- Да, нахожу время, - Лесовский повернулся к двери, увидев с фарфоровым чайником Ларису. Она поставила чайник на стол, подала пиалы.

- Нахожу время, - повторил Лесовский, - но, признаться, тут не особенно-то к газетам тянет. Да и нет их у Теке-хана.

- С прелюбопытнейшими статейками в последнее время выступает в газетке «Асхабад» некий Полуян. Не читали, случаем? - спросил заинтересованно фельдшер.

- Приходилось. Но все это теория. Да и отвлеченно от современных проблем. Пишет о Канте, Шеллинге, Гегеле.

- Не скажите; не скажите, молодой человек, - азартно потирая руки, оживился фельдшер. - Не только о Гегеле. Сей автор весьма аргументированно доказывает, что учение Маркса вышло из учения материалистов.

- Боже, как скучно. Может, перемените тему? - попросила Лариса, входя в комнату.

- Ах, Лара, ты всегда вот так, - скривился Архангельский.

- Папа, Николай Иваныч приехал ко мне, по делу! - Она выразительно посмотрела на Лесовского и взгляд ее потребовал: «Помогите же мне!»

- В самом деле, Евгений Павлович, о политике в другой раз. У меня к вам, Лариса Евгеньевна, небольшая просьба: не сможете ли вы перепечатать материалы по ремонту и благоустройству кяриза? Тут должно быть страниц пятнадцать, не больше.

Лесовский вынул из полевой сумки тетрадку и подал ее барышне. Она перевернула одну, затем другую страницу и согласно кивнула:

- Если не будете торопить, то возьмусь. Сейчас у меня много своих дел. Через неделю вас устраивает?

- Вполне.

- Тогда договорились. - Она пошла в другую комнату, но на пороге остановилась и спросила: - Вы не играете на гитаре?