Больной попытался открыть глаза, чтобы взглянуть на человека, задавшего этот наивный вопрос, но не смог: веки его были словно прижаты тяжелыми холодными свинцовыми пластинками.

- Морфий! - распорядился обескураженный врач и взял телефонную трубку.

- Это я, Антелава. Освободите монитор и подготовьте дефибриллятор. Быстро!

- У-ух, убейте меня! - взмолился больной.

- Азот! - приказал врач.

Больной почувствовал легкое прикосновение к лицу влажного куска марли. Потом тело его осторожно подняли, уложили в лодку и...

...Лодка чуть покачивалась, плывя по спокойной морской глади. Вдруг лодочник схватил огромный ржавый гвоздь, приставил к груди больного и сильным ударом кулака прибил его к скамье.

- Что ты делаешь, изверг! - простонал больной.

- Иначе свалишься в воду! - ответил лодочник.

Затем он такими же ржавыми гвоздями прибил руки и ноги больного, а сам бросился в воду.

- Не уходи, не покидай меня, дорогой, - взмолился больной. - Кто же выдернет гвозди?!

- Выдернут там, на другом берегу! - донесся издали голос лодочника. Больной слышал и другие глухие голоса с берега, но он не мог понять, что это было - прощальные напутствия, предостерегающие крики, слова утешения или вопли оплакивавших его людей.

...Потом голоса смолкли, растаяли, пропали. Остались лишь тупая боль, томительное ожидание, безбрежное море и он сам, пригвожденный к лодке, всеми забытый.

- Боже мой, боже мой, зачем ты покинул меня! - прошептал больной, но тут же понял, что слова эти произнес не он и поэтому бог не услышит их.

А лодка все так же мерно покачивалась на легких волнах голубого моря...

Минула тысяча лет, и вдруг больной ощутил толчок. И тут же острая боль, вызванная этим толчком, пронзила его. Лодка пристала к берегу.

Огромная толпа окружила лодку.

- Боже мой, как его пригвоздило, несчастного! - пожалел кто-то больного, вытаскивая лодку на берег.