Это оказался наш историк, Андрей Васильевич .А во вторых, в то же время Верка заглянула в спальню и пулей вылетела оттуда, причём чертовски трезвая. Я спросила её, что случилось, она просто кивнула в сторону спальни и я пошла посмотреть. Вот это был номер! На постели лежали веркин муж и Ирка. Оба вдрызг пьяные, судя по ломовому запаху перегара. Ирка была совсем голая, веркин же муж снизу был гол, как сокол, зато сверху - в полной амуниции, даже куртку кожаную не снял. Тут и я протрезвела. Мы с Веркой быстро оделись, одели Андрея Васильевича, спустили его вниз и оставили в подъезде. Потом поднялись наверх, растолкали Ирку и вклеили ей хорошенько, чтоб на чужой каравай рта больше не разевала. Она была ваще никакая, и, по-моему, так и не поняла, что с ней происходит. Мы её одели и тоже вытолкали взашей. Потом прошли на кухню, повздыхали о своей нелёгкой женской доле и хлопнули ещё по стаканчику мартини. Покурили, потом Верка разделась и заняла своё законное место рядом с мужем. Будить и раздевать мы его не стали - пусть приколется по утру. А я пошла домой, время - три часа ночи, а с утра надо в школу, там контрольная по алгебре... И зачёт по истории... О, Боже мой! Но оттянулись мы на полную катушку. Клевее не бывает.

ВОСХОЖДЕНИЕ.

Та-ак, подтянуться, еще раз, и еще. Выступ. Шестой уровень. Половина пути сделана. Можно чуть-чуть расслабиться и передохнуть. Уфф! Самое время, а то лапки уже начали уставать. Никогда еще не забирался я так высоко, а ведь предстоит пройти еще столько же! Но не буду я пока об этом думать, подумаю по пути наверх.

Страшно вспомнить то, что осталось внизу. Родных, друзей, знакомых... Маленькую Айсу, с которой так приятно было поболтать вечерком. Белого голландца Ван Гога с красными глазами, который, убежав из какой-то лаборатории, прибился к нашему клану. Он научил меня всему. Старого Пасюка, политэмигранта с Украины. Вот был прирожденный рассказчик! Мать, отца, сестер, братьев... Всех. Все они плавают сейчас вверх лапками в затопленном подвале.