В воскресенье, через день после убийства, оперативная группа МВД и Генпрокуратуры прилетела в вотчину губернатора – город рыбы, золота и зэков.

Местные журналисты уже караулили их прилет. И прямо в аэропорту буквально атаковали высокого сутулого мужчину, безошибочно определив именно в нем руководителя группы.

– Мы только приступаем к работе, – вяло отбивался от вопросов руководитель следственной бригады МВД полковник Александр Васильевич Смирнягин.

Он ничуть не боялся общаться с прессой, но в данный момент ему действительно нечего было сказать. Даже тех привычных дежурных фраз, от которых журналистов всех стран одинаково дружно тошнило.

– Какие в вашей группе эксперты? – напирал журналист Мироненко, выставив вперед руку с зажатым в ней портативным диктофоном. Он резонно решил, что вопрос, заданный таким образом, быстрее приблизит к искомому ответу.

Смирнягин мысленно похвалил щелкопера – так журналистов привычно называли в чиновничьей среде.

– Деваться некуда, – пошутил он, натягивая как можно глубже на лоб кепку, как будто она могла спасти от наглого колючего ветра со снегом, насквозь продувавшего площадь перед входом в аэровокзал.

– С нами специалисты Счетной палаты, «Роскомрыболовства» и золотодобывающей промышленности, – продолжил он. – Вот, пожалуй, все, что я могу вам сказать.

– Куда вы сейчас направляетесь? – старался перекричать ветер кто-то из журналистской братии.

– Спать! Посмотрите, который час, – злобно огрызнулся кто-то из прилетевших, и все энергично стали рассаживаться по машинам.

В гостинице следственная бригада быстро расползлась по номерам, и лишь только два начальника остались пошушукаться в баре, обсуждая план действий на утро.

– …Прежде всего разобраться с его бумагами, – склонившись к соседу, шептал москвич. – Там, в Москве, полагают, что они помогут выйти на след заказчиков.