После неких аналитических раздумий незваный гость из столицы остановил свой взор на вазе, стоявшей прямо перед ним. Точнее, его привлекла не сама ваза, а ее ножка, отдаленно напоминающая искомый предмет.
Бесцеремонно завернув вазу в скатерть, Аудитор Костя направился к выходу, где топтались охранник и его молчаливый напарник.
– В следующую среду жду тебя в Москве ровно в десять ноль-ноль у Центрального телеграфа. Понял, отпускник? Не появишься – яйца оторву. Появишься – поступишь в мое распоряжение по новому месту службы, – бросил он охраннику.
Вконец растерявшийся охранник не знал, радоваться ему или тут же, не сходя с места, умереть. Интуитивно он понимал, что вляпался в какое-то дерьмо. Но деньги уже лежали в кармане кителя, и выбирать иную судьбу было уже поздно.
Молодой человек ровно на сутки опередил оперативную группу следователей и теперь с нескрываемым удовлетворением провожал взглядом до лифта двух милицейских чинов, которым ему пришлось противостоять. Свою миссию на Колыме он посчитал законченной. Молодой человек и его напарник покинули гостиницу и нырнули в поджидавшее их такси. Билеты на обратный рейс в Москву были куплены ими еще в столице.
Глава 3
Всю следующую неделю газеты – как местные, так и московские – живо и дотошно обсуждали трагическую гибель губернатора золотоносной области. Одна из газет извлекла на свет явно запасенный заранее документ Счетной палаты, которая, оказывается, давно выявила грубые нарушения в использовании «золотых кредитов», выделенных ряду субъектов Российской Федерации.
Журналистские материалы пестрели всевозможными подробностями, прозрачными намеками на прямую причастность к махинациям Листова, который якобы не поделил доходы с криминалом. За что, собственно, и был убит.
– На поиск убийц брошены лучшие силы уголовного розыска и прокуратуры, – заявил журналистам генеральный прокурор. – Следственной бригаде даны указания по проведению масштабных оперативно-розыскных мероприятий как в Москве, так и в золотоносной области. Эти и другие мероприятия в известной мере уже определили направления поиска, – лукавил прокурор. – Ниточки преступления, несомненно, тянутся к рыбным или золотым промыслам и к их высокопоставленным кураторам в Москве.