Архипо-Осиповка, Туапсе, Джубга, Одесса, Пицунда, Симеиз. Комнатки и сарайчики, которые пахли побелкой, снимались на месте. Плавки с завязками сбоку. Фрукты, съеденные на пляже солеными от морской воды губами. Кинотеатры под ночным черным южным звездным открытым небом. «Лимонадный Джо», «Семь невест для семи братьев», «Разиня», «Девушка из банка». Вокруг кинотеатра на деревьях – мальчишки, которым я завидовал. Над кинотеатром – запах магнолий и акаций, который смешивался с запахом духов. А звук фильма смешивался с хулиганством цикад. После фильма мы с папой «смотрели на звезды».

– Мы пойдем посмотрим на звезды, – говорил игриво папа маме, и мы отходили в темноту пописать. Это был наш секрет. А утром пораньше опять на море. Занять место, натянуть из простыни тент на четырех кривых палках.

– Катя, не стой в воде ногами! – Это запомнилось почему-то на всю жизнь. А еще был Белгород-Днестровский с нашествием божьих коровок. Их было так много! Они лежали в три слоя, хрустели под ногами, и на камнях оставались красные в черную крапинку следы. Божьи коровки кусались! И больно! Про «Птиц» Хичкока я узнал много позже. И везде были очереди в столовые. В местечке Затока в качестве гарнира были «зирочки». Маленькие звездочки из серии макаронных изделий. Типа паста. Каждый день – «зирочки».

А на пароходике, который шел из Туапсе в Архипо-Осиповку, всех тошнило. Даже рвало. Даже супермена, которым я до этого акта восхищался. Всех, кроме моего папы. А потом дорога обратно. Плацкартный вагон. По дороге на каждой остановке пассажиры высыпали на платформу.

– Здесь помидоры не берите, дальше будут дешевле и лучше.

– Возьмите кукурузу, горячая!

Яблоки покупали ведрами, ведрами покупали кизил для варенья и алычу. При виде алычи родители почему-то вспоминали стихотворение: