И хотя за всем этим хозяйством должны были приглядывать высокие чины из МВД, тем не менее наличие такого количества закрытых учреждений на территории района было само по себе очень неприятно, а инструкторы райкомов должны были еще и регулярно бывать в колониях, где существовали свои партийные и комсомольские организации, созданные из офицеров и других сотрудников.
Вторым секретарем районного комитета партии был Гусейн Фархадович Малиев, бывший боксер и бывший организатор комсомольских студенческих отрядов. Выпускник физкультурного института, он по неведомой разнарядке попал в эту глушь на должность второго секретаря, курировавшего промышленность, и работал здесь, явно пренебрегая своими обязанностями. По строгой номенклатурной сетке в случае смены Тоболина на его место обязательно должен был быть подобран функционер с русской фамилией. Зная эти правила игры, второй секретарь и придумывал всяческие способы, чтобы покинуть этот неперспективный район и перебраться в Центр.
Третьим секретарем была также выдвинутая от комсомола и попавшая на должность благодаря строгой разнарядке Кусаева, славившаяся своим образцово-показательным отношением к делу. Работавшая до этого в общем отделе горкома комсомола, она была брошена на пропаганду и, соответственно, занималась вопросами политпросвета и пропаганды. В колонии доставлялись плакаты с наглядной агитацией о всепобеждающей силе ленинизма, на каменных карьерах проводились беседы о последних Пленумах ЦК КПСС, так много значивших для работавших там заключенных. Именно ей и было поручено проведение партийного собрания в лепрозории, где было сразу четыре коммуниста - главный врач, один из больных, водитель и санитарка. Причем последняя была принята в партию недавно, так как подходила по разнарядке, отпущенной сверху.