Но на этом цепь "сенсаций" не закончилась.
Со временем сценарий был опубликован в альманахе "Киносценарии", а я получил за него премию от высшего руководства Министерства обороны.
Только я вернулся с премией из Москвы домой, звонок по телефону, звонит Алексей Герман, мой институтский еще приятель и уже кинорежиссер, известный своим талантом и упорством.
- Мишка, ты татарин? Если не татарин, то жаль. У меня для тебя очень хорошие вести. Мог бы слупить себе халат и Светке тюбетейку. Я только что был в Дании, в Луизиане, это курортик под Копенгагеном, встреча была с нашими эмигрантами, там тебя Синявский знаешь как хвалил...
- Ты откуда, Леша, говоришь?
- Из Москвы, вчера вечером прилетел...
- О, а я вчера из Москвы уехал, получал премию в Главпуре.
- Нет, Мишка, ты все-таки значительно хуже татарина. Я ему говорю: тебя Синявский хвалил, понимаешь? Синявский посреди Европы, в Дании на конференции, а ты мне со своим Епихуевым! "Меня сам Епихуев наградил! Меня сам Епихуев похвалил! Что мне твой Синявский!"...
Герман к этому времени снял две картины о войне, на мой взгляд, довольно удачные, но имел с ними массу неприятностей. Все думали, что это просто невезенье, а оказывается, все неприятности-то, может быть, оттого, что он не смог запомнить, выучить, наконец, и правильно произносить фамилию, обращаясь к генералу, мимо которого ни один фильм на военную тему не прошел к советскому кинозрителю.
УЛЫБКА МЕДВЕДЯ
С режиссером Алексеем Г. мы приятельствовали еще с института.
В Театральном учились одновременно, но на разных факультетах. Впрочем, однажды я играл у него в курсовом отрывке в массовке. Участники массовки вовсе не лишены тщеславия. Есть массовочник "без слов", а есть "со словами". Я был "со словами", кричал: "Играйте, Валери!"
Леша ставил отрывок из "Сирано", эпизод в театре.