Не знаю, что бы мы без нее делали. Я еще в Питере, в китайских ресторанчиках заметил, что азиатские женщины, и особенно девушки, намного более смышлены, чем мужчины. У нас это скорее наоборот (хотя бывают и поразительные исключения), но в Китае намного легче объясниться именно с девушками. Впрочем, азиаты сами осознают это: многие молодые люди в тех отелях, в которых мы останавливались, потеряв надежду понять, чего же я требую, звали девушку на помощь, и она, точно так же не владея английским языком, тем не менее почти сразу же догадывалась по характерным движениям, которые я совершал, что я хочу выгладить рубашку и прошу утюг.

Харбин. Вокзал.

Я жадно смотрел в окно на мелькавшие мимо виды, столь неподдельно китайские, как сказал бы Стерн, что даже коммунистические лозунги на развешанных вокруг транспарантах были написаны иероглифами. В Европе я привык читать все, что написано на стенах, столбах, заборах и так далее этот "заборный" немецкий или французский помогал мне быстрее влиться в новую языковую среду и полнее переключиться на чужой язык. Здесь, конечно, я не понимал ничего, но по привычке вглядывался в надписи, пытаясь угадать их сокровенный смысл (из-за чего к концу поездки я уже не мог даже смотреть на "китайскую грамоту", так она утомила меня своей темнотой и непонятностью). Я знал несколько десятков иероглифов, но этого, конечно, было недостаточно (в любой газете их используется не менее пяти тысяч). Я с удовольствием выучил бы и остальные, но времени перед поездкой у меня было мало, а хороших учебников в руки не попадалось. Если бы мне объяснили структуру этих значков, исходя из того, как они видоизменялись исторически, показали те простые, первоначальные элементы, из которых они состоят, то я бы быстро усвоил какие-то основные понятия, по которым уже вполне можно было бы ориентироваться в китайских текстах. Но такого пособия я не нашел, и учил иероглифы просто по словарю, а это оказалось довольно затруднительно.