Мы снова боднули байдарку. В конце концов Жан-Ми сам спускает парус и бросает якорь, а я перегибаюсь через борт, чтобы оказать помощь потерпевшей, девушке со светлыми, перехваченными обручем волосами. Она честит меня на все корки.

- Жак, ты что, не видишь, сколько времени?! Сегодня вторник. Сейчас привезут товар от Жотюля, займись мадемуазель Туссен - ты обещал ей разобраться с трактором! Ох, все та же музыка!

Фабьена рывком выключает радиобудильник и выскакивает из трейлера. Тишина - какое счастье! Может, возымела действие моя молитва, чтобы кто-нибудь выключил музыку, и поэтому ворвалась Фабьена? Как бы то ни было, мадемуазель Туссен не должна ждать, и если через пять минут я не выйду, жена придет меня трясти. Остается ждать развития событий. Умереть в день поставок - это вполне в моем духе. Ладно, иду... Вот только побуду еще чуть-чуть на озере, все равно это ничего не изменит... Как настоящий спасатель прыгаю в волны, выуживаю наглотавшуюся воды Фабьену, подсаживаю ее на борт парусника. И только теперь оживает ощущение ее груди под моими ладонями. Нечего сказать самое время загореться желанием к этой спортсменке, красавице из какого-нибудь фьорда, с бирюзово-синими, как у северной лайки, глазами. Никогда еще ни одна девушка так не поражала меня внешностью, а я даже не спросил, как ее зо вут. Мы едва успели обменяться несколькими словами: "Вы что, совсем идиоты, где у вас глаза?!" - "А сами почему не свернули - при таком ветре веслами управлять легче". "Как теперь догнать мою байдарку?" - "Подождите немножко, свернем наконец парус и пойдем на моторе". Да еще на прощание она бросила: "Все-таки спасибо. В другой раз будьте осторожнее". А потом влезла в байдарку и поплыла, ритмично взмахивая веслами. Восхищенный Жан-Ми тут же набросился на меня: "Что ты за кретин! Такая классная девочка, а ты - ноль эмоций! Так никогда и не отлипнешь от Анжелики - уже две недели, может, хватит? Теперь моя очередь".