В тот же вечер я снова увидел нашу утопленницу на конкурсе "Мисс Савойя" в зале "Казино". Она была одной из претенденток и выступала под номером 21. Фабьена Понше из Альбервиля, изучает коммерцию, любит природу, оперу, водный спорт. Сплошное вранье: она была уличной торговкой, не могла отличить тополь от ивы, Моцарта от Верди, а байдарка была ей нужна только затем, чтобы перед конкурсом подтянуть грудь и укрепить брюшной пресс. Мой отец, как уважаемый гражданин Экса, входил в жюри наряду с бароном Трибу из Общества спортивных игр, месье Пенсом - директором регионального отделения Госэнерго, четой Амбер-Аллер с местного радио, Жаном-Ми, представлявшим кондитерскую фабрику Дюмонсель, доктором Нолларом из водолечебницы и генеральшей Добре, на чьи деньги был обновлен занавес. Председательствующий месье Рюмийо, инженер-гидравлик, заместитель мэра по культуре, время от времени озабоченно наклонялся, чтобы выслушать мнение Бороневски, генерального директора шинного завода "Бора-Пнэ".

Я уже приготовился выслушать объявление результатов, как вдруг ктото постучал в дверь, которую Фабьена неплотно закрыла.

- Тук-тук! - пропел слащавый, но боевитый голосок. - Вы уже встали, можно войти?

И в трейлер заглянула мадемуазель Туссен. Ну, знаете ли... Мне и в страшном сне не могло присниться, что она и сюда явится меня доставать.

- Поппей, поздоровайся с нашим другом Жаком, - приказала она свернувшемуся на дне корзинки псу.

Дряхлый пудель жалобно поскулил, уткнув нос в клетчатую подстилку.

- Так как же, Жак, вы хотели уточнить насчет моего мини-трактора? Э-эй! Проснитесь!

Я думал, что она передумает входить, увидев, что я голый, но она в тридцать девятом была на фронте сестрой милосердия и принялась бесцеремонно меня трясти.

- Да вставайте же! Вот лежебока! Не то что супруга - она-то с раннего утра за работой!

Тут пальцы ее застывают на моем плече, быстро скользят по руке к запястью и щупают пульс.