Мы стояли у подоконника отлично меблированного офиса. С удовольствием бы сел, но Андрей не предлагал, а я скромничал и продолжал терпеть неудобства. Тяга к подоконникам у Брызгалова имеет, наверное, ту же глубинную внутреннюю природу, что у котов.

Лет десять назад, пролетая над Сибирью из Сахалина в Крым, решил по дороге заскочить в Новосибирск и заглянуть к Брызгалову в гости. Он сразу отвел меня на кухню, толстыми ломтями настрогал колбасу, положил ее на подоконник и призвал меня угощаться. Сам же открыл бутылку вина, раскурил сигарету и замер в комфортной позе курильщика, упершись задом в подоконник с колбасой. Садиться тогда он тоже не предлагал.

Встреча с Брызгаловым у офисного подоконника отбросила невольно мое сознание к событиям десятилетней давности, и я испытал радость от ощущения огромного промежутка времени.

Как всегда, Брызгалов курил и болтал языком, а я молчал и слушал. Говорил он о работе, о сканерах и еще о чем-то. Мне было все равно, что он там несет, я просто радовался встрече и удивлялся тому, что высокие посты и деньги не очень сильно его изменили. Мысли мои то и дело уносились в студенческую общагу города Долгопрудный через пространство и время и возвращались назад в город Новосибирск. Договорились о том, что завтра идем в баню.

На ночь глядя мы решили попариться в Ивановской бане, расположенной на участке его родового имения. Баня была старенькая и досталась Ивану от бывших владельцев участка. Банька создавала впечатление, будто внутри ее разорвался снаряд. Пар вырывался наружу из многочисленных щелей, а доски у палубы существовали каждая по отдельности, обнажая во время ходьбы по ним черноту провала и голую неухоженную землю.

Коммерческий директор "Союзконтракта", исполнительный директор концерна "Хорс" и безработный путешественник разделись, представив окружающей среде свою природу неприкрытой и одинаковой.

Перед баней Брызгалов забежал в супермаркет на бензозаправке и за каким-то чертом стал демонстрировать широту размаха русского буржуя.