- Не уверена в этом, - помолчав, заметила Мэй Бартрем. - И даже не уверена, надо ли мне хотеть, чтобы вы вспомнили. Ведь это ужасно - насильно возвращать человека к тому времени, когда он был на десять лет моложе. Если вы уже переросли это - что ж, тем лучше.

- Если не переросли вы, почему должен был перерасти я? - спросил он.

- Не переросла себя, какой была тогда? Вы это хотите сказать?

- Нет, меня, каким был тогда я. Что ослом, это ясно, - продолжал Марчер, - но вот какого сорта? Вы ведь имеете в виду что-то определенное, так уж скажите мне, не оставляйте в неведении.

Она все еще колебалась.

- Но если вы уже совсем не такой?..

- Тем легче я перенесу ужасную правду. Впрочем, скорее всего, такой же.

- Скорее всего. Хотя, пожалуй, - продолжала она, - вы бы тогда помнили. Само собой, мое впечатление о вас совсем не совпадает с вашим уничижительным эпитетом. Покажись вы мне глупым, - пояснила она, - я сразу бы забыла обо всем. Это касалось вас. - Она подождала, как бы давая ему время вспомнить, но он ответил ей непонимающим взглядом, и тогда она сожгла свои корабли: Оно уже случилось?..

И тут в его сознании словно вспыхнул свет; Марчер продолжал пристально смотреть на нее, а кровь медленно приливала к его лицу, опаленному догадкой.

- Значит, я сказал вам?.. - И не договорил - что, если он ошибается, если понапрасну выдает себя?

- Это касалось вас и не могло не запомниться, если, конечно, запомнились вы сами. - Она опять улыбнулась. - Поэтому я и спрашиваю: то, о чем вы говорили, уже произошло?

Да, теперь Марчеру все было ясно, но он не мог опомниться от удивления, онемел от неловкости. И видел: заметив его смущение, она огорчилась, словно, напомнив ему о прошлом, совершила бестактность. Но уже через несколько секунд он понял: при всей неожиданности вопрос ее не был бестактен. Более того, едва Марчер пришел в себя от легкого остолбенения, как, неведомо почему, почувствовал сладость причастности Мэй Бартрем. Она одна делит с ним это, делит уже столько лет, меж тем как сам он непостижимым образом запамятовал, что когда-то шепнул ей свою тайну. Не удивительно, что их встреча не была встречей посторонних людей!