- Все не так. Это теперь мы гангстеры. А тогда мы убивали. Революции без убийств не бывает. И нужны люди, которые объясняют, почему нельзя обойтись без убийств и почему убийство в революции возвышенно, прекрасно и героично. Таких в Ирландии было много, и пока они не перевелись, стоило жить и убивать. Они дарили нам веру. Мы и теперь убийцы, но убивать некого, вот мы и стали деловыми людьми. Убиваем конкурентов на бирже.

Оставив луну, его взгляд сосредоточился на нежно-голубых цветах совсем рядом, у самых глаз, - красиво и гордо доживающих короткий век.

- Джо! Мне осточертело слушать, как ты стараешься для Ирландии. Этот номер не пройдет. Как ни крути, а в корсетах нет ничегошеньки святого, возвышенного, прекрасного и героического.

Прошло время, и он понял, что Джо плачет. Прошло еще время, и Джо прошептал:

- Если б меня сейчас видели наши из "Дельфина", они б решили, что я ненормальный.

- Странно, что обычно они тебя держат за нормального, - отозвался Фредди, и оба с трудом поднялись с мокрой травы.

В следующий раз они сели на краю скошенного луга, привалившись к замшелому валуну. Джо желчно прошептал:

- Магазин фокусов! Значит, все эти годы в Манчестере... До чего же ты докатился!

Фредди презрительно фыркнул:

- В двадцать втором году, когда я уехал из Ирландии, у меня не было ни гроша за душой. Жалкое зрелище - революционер, лишившийся иллюзий! Меня могло вырвать от одной мысли об Ирландии даже на пустой желудок - а он с утра до вечера был пустой. В тот первый год я почти дошел до ручки. Я ведь ни черта не умел, разве что произносить речи. Тут подвернулась одна вдова, у ее покойного мужа был магазин всяких дурацких фокусов - ну знаешь, накладные носы, поддельные кляксы, разные вонючки, карты для гадания, резиновые младенцы, из которых, если надавишь, брызжет вода, щипцы для орехов в форме женских ног, "напейся - не облейся", искусственные тараканы - можно бросить кому-нибудь в пиво...