Но эту команду сорванцов, видно, недаром назвал "партизанами" отколовшийся от нее В.Кириченко. Судя по скупым записям дневника, ребята не только не смирились с приходом фашистов в их родной город, но по-мальчишески пытались действием выразить свою верность Родине. Они тайно от фашистов хоронили красноармейцев, погибших при защите Бахмача, праздновали годовщину Октябрьской революции, а перед вселением оккупантов в казенные дома пролезли туда и понаписали везде крепких словечек. Наверное, команда делала и такое, чего Толик не фиксировал, - дневник велся с большими перерывами.

И хотя основные события, о которых пишется эта повесть, еще не начинались, я непременно приведу здесь новые выписки из дневника Толика Листопадова. Из последующих записей вы узнаете, при каких обстоятельствах Толик Листопадов потерял своего друга Борьку Кирея, судя по всему, отчаянного и храброго паренька. Обратите внимание на то, сколько побоев вынес сам автор дневника, скрупулезно протоколируя каждую колотушку. Но нет ни одной строчки в этом документе, которая выражала бы уныние или смирение. Буквально каждая запись - протест, гнев, презрение к врагу...

"13 января 1942 года.

Сегодня, когда собирал уголь, меня поймал "сумасшедший" жандарм. Отвел в жандармерию, и били сильно. Еле убег. Мы начали таскать уголь с эшелонов и продавать по 100 рублей пуд. У меня завелись гроши, и мы не так стали голодать. Ну, если попадемся, - расстрел.

Ивана Матвеевича вызывали работать на станцию. Он еле отделался от ихней работы. Притворился больным. Он дома делает терки, а я продаю. Делает из консервных банок, которых на станции до черта".

"18 января 1942 года.

Сегодня мне исполнилось 14 лет. Нужно идти на биржу, но я не пойду. Что будет, то и будет, а дороги им чинить совсем нет охоты".

"2 февраля 1942 года.

Тепло стало. Немцы начинают строить депо. Мобилизация в Германию. Плачут те, кому повестка. Узнали, что это за штука. Сегодня немец отлупил за то, что сказал, не знаю, у кого есть яйца. Гад".

"21 февраля 1942 года.