И в знаменитых тех лесах есть знаменитые деревья, постояв рядом с которыми, потрогав их шершавые стволы, будто прикоснешься к бессмертию, к вечности. Многие из них можно узнать и с самолета: это дубы у Козловки, липы у Маклока, сосны у Хренового, береза под Эртилем и царь-ветла на заповедном Хопре.

В эту книгу собраны очерки и рассказы о самых «лесных» растениях и животных. Ни один из них не претендует ни на полноту сведений о зверях, птицах и других обитателях лесов, ни на законченность. Не прошло и двух лет со времени первой публикации рассказа о козодое, как пришлось писать новый, а через год, может быть, наблюдения откроют еще одну сторону жизни таинственной птицы. И вряд ли скоро будет поставлена последняя точка даже в коротеньком повествовании о смирной жабе, безголосой веретенице, а тем более в описании таких выдающихся фигур лесного мира, как бобр, орел-карлик, дятлы.

сли в начале зимы снег лег на сырую теплую землю, да так и не растаял, то не жди весной большого половодья. Зато рано и дружно зацветут подснежники — голубые первоцветы среднерусских дубрав. Им бы хватило зимы и покороче, потому что уже в феврале желтоватые, без намека на зеленый цвет толстые шильца их ростков вонзаются снизу в зернистый полуснег-полулед пограничного слоя. Здесь уже светло, но чем выше, тем холоднее, и поэтому, покинув темный плен земли, снова замирают крепкие, точные ростки. В каждом — туго спеленатые листьями синеватые бутоны.

Раннее цветение подснежников нетрудно предсказать: если заостренная палка легко, почти без нажима входит в спрятанную под снегом мягкую землю, то в апреле, в один день с цветением лещины, начнет разливаться под пологом дубравы цветочная синева.