- Может быть, вы правы,- неуверенно сказала она.

Должен сознаться, у меня не было ни малейшего представления, о чем она говорит.

Я пошел впереди нее по темной узкой лестнице, держась одной стороны, зажигая и бросая спички, как я привык делать за последние шесть лет. В нашем доме было три этажа, но в первом никто не жил, если не считать мышей.

Вероятно, она только что Возвратилась из чужих краев; вокруг нее совершенно явственно веяла атмосфера многочисленных приключений. Но я смотрел на нее братскими глазами, интересуясь ею только потому, что она была сестрой Джеральда Марча. Ибо во всех других отношениях он был человек, исполненный недостатков. Кто бы мог это подумать; Она сказала:

- Однако и темно же здесь!

- Да,- сказал я, зажигая о стену еще одну спичку.

Я знал, что, у Джеральда есть сестра, но почему-то думал, что она еще учится в школе..

- Мне кажется,- сказала она любезно - она слегка Споткнулись, и я поддержал ее, - что никто не может знать всего. Что этo, мыши в нижнем этаже? Крысы? Неужели?.. Когда-то мы с Джеральдом обнаружили сильную тенденцию быть близнецами, хотя говорят, между нами был промежуток целый час. Я пришла к концу этого часa, - c трудом, медленно поднимаясь по мрачной, узкой и затхлой лестнице, она сообщала эти ненужные сведения бесстрастным и слегка хриплым голосом. Когда мы достигли моей площадки, я спросил, видела ли она Джеральда за последнее время?

- Нет,- шепотом ответила она,- не видела уже много-много лет. Вероятно, около десяти. Не думаете ли вы, что это объясняется тем, что когда-то мы чуть было не стали близнецами?

Я ничего не сказал, так как в это время напряженно думал.

Мы продолжали стоять на моей площадке, размером четыре фута на три; она - одной ногой на ступеньке, ведущей вниз, опершись одним плечом о стену. И опять я почувствовал необходимость в ее присутствии соблюдать приличие.