Дядя Спад зарабатывал на жизнь охотой на бобров.

Три года назад, в марте, он замерз насмерть во время снежной бури. Молодой Бен вышел в мир и обнаружил, что трудно заработать на жизнь, крутя коровам хвосты.

- Дональд Дак, - сквозь зубы сказал Бен.

Через час вид просторов Вайоминга в лунном свете успокоил его. Бен сел на Пегую и поехал вниз по дороге. Лошадь ступала совершенно бесшумно, поэтому человек, неожиданно возникший в темноте перед Беном, даже не заметил его.

Потянув за поводья, Бен остановил лошадь. Человек на дороге вел себя странно. Не то слово! Он кружился, покачиваясь из стороны в сторону и с трудом удерживаясь на ногах. Это был мужчина высокого роста, одетый во все темное, кроме штанов для верховой езды, которые были сделаны из шкуры черно-белого пони. Бен узнал штаны. Он терпеть их не мог, потому что шкура пони была той же масти, что и у Пегой. Этим человеком был Альберт Панцер, один из постояльцев Броукен Серкл.

Перестав кружиться, Альберт Панцер упал на дорогу лицом вниз. Ковбой хотел было подъехать к нему, но передумал. Из кустов чаппараля, росших по обеим сторонам дороги, вышел еще один человек и склонился над упавшим.

Бен Дак сохранял спокойствие. Он понимал, что спешка в любом деле до добра не доводит, поэтому не торопился обнаруживать свое присутствие. Он сидел и наблюдал.

Луна светила ярко. Очень ярко.

Человек, вышедший из кустов, тщательно обыскивал Панцера. Он выворачивал швы на одежде, царапал пуговицы кончиком ножа, протыкал булавкой фетр шляпы и кожу ремня. Наконец он оторвал каблуки от ботинок Панцера и тщательно их осмотрел, затем снова прибил. Видимо, он тщательно подготовился к операции с каблуками, взяв с собой сапожную лапку и молоток.