Мы шли молча. Одеты мы были, как воины на тропе войны: только набедренные повязки или охотничьи штаны. Из еды мы взяли лишь пейкник – перетертое в порошок мясо. Мы несли деревянные томагавки, копья с притупленными остриями и стрелы с деревянными наконечниками. Но на случай охоты каждый из нас получил от Овасеса по три острых стрелы.

Мы прошли порядочный кусок дороги, когда утреннее солнце начало уже подниматься над верхушками деревьев. Я остановил свой отряд, чтобы подождать разведчиков. Проходили долгие минуты тишины, молчания. Мы не двигались. Мимо нас пробежала ласка. Из-за куста выставил длинные уши кролик. Никто даже не шелохнулся, не потянулся за стрелой. Мы ждали. Скорее, чем я предполагал, послышалось чмоканье белки, все ближе и тише. Мы обрадовались. Это один из наших разведчиков извещал нас о том, что обнаружены следы противника.

Неужели Сова был так неосторожен, что не уничтожил своих следов?

После короткого совета мы решили разбиться на две группы. Я с частью мальчиков должен был идти по направлению обнаруженных следов. Вторая группа во главе с ути из рода Капотов – продолжать путь на юг. Нашим сигналом будет клекот орлицы, зовущей своего птенца.

Разведчик быстро привел нас туда, где были обнаружены следы. Это была каменистая местность, изрезанная большими оврагами, усыпанная обломками скал. Деревья здесь росли низко, а их кроны так срослись друг с другом, что трудно было увидеть голубизну неба. Ручьи здесь протекали в вечной тени, на их берегах можно было найти следы соболей и рыси. Разведчик показал несколько отпечатков мокасин на мягкой земле между камнями. Прошли трое мальчиков. Это было очевидно, как солнце на небе, и ясно, как речная вода, освещенная солнцем.

Какие же это разведчики шли так спокойно, не скрывая своих следов, как старые женщины, когда они идут стирать попоны на берег озера? Что это за разведчики, если они оставили ясные следы мокасин на влажном мху, а могли пройти по камням и не оставить никаких следов?