
Как они называются? Георгины, кажется…
Осенние, жаркие, как кровь, и холодные, как высокое альпийское небо…
Он потянулся к тонкой хрустальной вазе, пытаясь вытащить из нее хотя бы один цветок, и, неловко задев ее локтем, тут же услышал собственный испуганный вскрик и звон разбитого вдребезги стекла, отозвавшийся в его голове тысячекратным многоголосым эхом. К тому же один из осколков больно царапнул его руку, из которой тут же потекла алая, как разбросанные по полу цветы, кровь…
– А, черт!
Оказывается, он был в комнате не один. Пытаясь прийти в себя, он почему-то не заметил человека, сидящего в кресле в противоположном углу комнаты. Густая тень шторы падала на его лицо, практически скрывая его. Услышав возглас юноши, человек пружинисто вскочил, проведя ладонью по темно-русым волосам, и подошел к постели больного.
– Доброе утро, несчастный страдалец! – проговорил незнакомец низким хрипловатым голосом с легким оттенком иронии и, как показалось юноше, не совсем проснувшимся. – Меня зовут Луи Геккерн. А вы – Жорж Шарль Дантес, не так ли?.. Мне уже сказали… Нет-нет, не вставайте, друг мой, вам сейчас нельзя подниматься… Вы порезали руку? О Господи… позвольте мне…
Геккерн склонился над его рукой, отсасывая кровь. Быстро разорвав на длинные белые ленты свой кружевной белоснежный платок с вензелем «Л.Г.», он перевязал ему руку.
«Кто такой? – промелькнуло в голове у молодого человека. – Врач? Вроде был уже… вчера… или раньше… но не этот, этого я не знаю… Геккерн? А почему голос такой издевательский?»
Легкая насмешка, промелькнувшая в голосе Геккерна, не осталась незамеченной, и, измученный острым приступом болезни, молодой человек чуть не расплакался от обиды и жалости к себе. Он и сам не знал почему – сейчас ему хотелось, чтоб хоть кто-нибудь пожалел, сказал что-то доброе и ласковое, погладил по голове… В тот момент, когда незнакомец отсасывал ему кровь, у него внезапно закружилась голова и он чуть не потерял сознание, перед глазами вихрем завертелись в хороводе черные точки, он тихо застонал и откинул на подушку белокурую голову…
