- Вот окаянный,- пробормотал Персей в изнеможении и утомлённым взором поискал Афину-заступницу, но он пребывал в одиночестве; вокруг, сколько хватало глаз, не видно было ни души. Да и сама встреча с Афиной, по правде сказать, не говоря уже о содержании беседы, помнилась плохо - осталось только общее впечатление о каком-то конфликте.

- Богданов,- не унимался демон,- вы должны сосредоточиться. Ну, чем же мне вас растормошить? Хотите, заведу машинку-уроборос? Послушайте, как скачет!

- Кто ты, о возмутитель моих мыслей?- спросил Персей. Он продолжал стоять на коленях и созерцал песок, как будто надеялся различить среди песчинок источник беспокойства.

Голос откашлялся.

- Уже лучше,- отметил он одобрительно.- Диалог даёт надежду на взаимопонимание. Я - ваш врач, о благороднейший Персей. Заметьте, что я тоже иду на уступку и соглашаюсь величать вас не вашим подлинным именем, а сказочным.

- Я не нуждаюсь в лекаре,- молвил Персей, примиряясь с неизбежным соседством.

- Так многие считают,- возразил целитель.- И все без исключения заблуждаются. К вам, существуй вы как Персей на самом деле, это относится в первую очередь.

- Я существую,- ответил Персей оскорблённо.- У меня есть голова, а также туловище с членами. Бессмертные боги вдохнули в меня живую душу и наделили речью. В конце концов, я сын великого Зевса! Гораздо правильнее будет рассудить, что нет тебя, поскольку ты бесплотен, невидим и разве лишь болтлив и надоедлив.

Демон-врачеватель помолчал, решая, стоит ли ему рисковать.

- Я готов воплотиться,- сказал он наконец.- Но должен в этом случае потребовать от вас гарантий своей неприкосновенности. Моё недавнее вмешательство в вашу судьбу имело следствием ощутимую травму.

- Хорошо, я не трону тебя.

- Не только вы лично - дайте слово, что не попросите о помощи каких-нибудь ещё так называемых богов,- не отставал осторожный голос.

- Не попрошу, можешь смело явиться.