— Не иначе как стучат — и погромче, — чтобы это проверить, он несколько раз опустил кулак на деревянную дверь. Коллеги усмехнулись:

— Вряд ли тебе это что-нибудь даст.

Скворцов еще раз приложился к двери.

— Вы с ума сошли — так греметь?

Сыщики обернулись. Из квартиры напротив вышла сухонькая старушка:

— Если вам Клавдию, ее нет. Уехала она.

— Куда? — чуть ли не хором спросили оперативники.

— С детьми на Север. Жилище продала.

Киселев хотел вздохнуть с облегчением, однако с души не спадала тяжесть.

— Она сама вам сказала? Извините, вы ее соседка?

— Ступина Павлина Егоровна, — представилась женщина. — Знаю Клаву с незапамятных времен.

— Что она говорила вам о переезде?

Павлина Егоровна прищурила глаза:

— А вы, простите, откуда будете?

Оперативники вытащили свои удостоверения. Соседка побледнела и схватилась за дверной косяк:

— Что с ней?

— Успокойтесь, пожалуйста, — Константин подошел ближе, готовый подхватить старушку в любую минуту. — Мы просто проверяем поступившую информацию. Понимаете, подруга Тамары Вероника обеспокоена тем, что та не попрощалась с нею перед отъездом. Вот мы и уточняем некоторые факты.

Ступина вздохнула:

— Торопились они, видать. Клавдия мне тоже «до свидания» не сказала.

— А что сказала?

Видимо, прикинув, что разговор будет долгим, Павлина Егоровна пригласила их в комнату:

— Проходите. Садитесь. Клавдия говорила: дети, мол, уезжают на Север, она остается. Я еще посоветовала ей: «Поезжай с ними. Как же они тебя одну оставляют?» А она мне отвечает: «Проживу, чай, не маленькая.